from 01.01.2020 to 01.01.2025
Ekaterinburg, Ekaterinburg, Russian Federation
UDC 327
UDC 101.8
The article examines the ideological and political conditions under which Russia is forming the modern architecture of a multipolar world. The analysis made it possible to determine the multi-vector nature of Russia’s formation of a new multipolar world order along the North–South axis, taking into account the geopolitical challenges, economic interests and civilizational differences of the countries included in this coordinate system. The study identified the key principles of the philosophy of a multipolar world order as: equality of sovereignty and each country's determination of its own future; rejection of hegemony; partnership; non-influence in the policies of other states; priority of international law in conflict resolution. It was established that the global redistribution of power caused by the special military operation led to the emergence of three key centers of influence: Russia, China, and the United States. At the same time, the role of India has increased, indicating the emergence of a new geopolitical configuration – a clear division of countries according to the criterion of the “Global North” and the “Global South”, determined by their national priorities and cultural characteristics. Recognizing the importance of multipolarity and mutual respect, favorable conditions are being created for the consolidation of cooperation within organizations such as the Shanghai Cooperation Organization, BRICS, and the Eurasian Economic Union. Russia is actively pursuing an integration policy aimed at creating a common economic space, deepening military and diplomatic contacts, and developing joint approaches to solving global problems, including interaction with China in the United Nations Security Council.
philosophy, politics, architecture, world order, civilizational characteristics, economic interest, partnership, cooperation, Russia and the world
Актуальность исследования призвана подчеркнуть роль России в формировании новой многополярной системы современного мироустройства, основанной на взаимном цивилизационном уважении и равном партнерстве в решении вопросов на внешнеполитической арене.
В неблагоприятных условиях политического давления на проводимую политику руководства страны, возникшего после присоединения Крыма в марте 2014 г., которое особо усилилось после февраля 2022 года, Россия оказывает значительное влияние на становление многополярного мироустройства во многих областях – от политики до экономики и культуры. Как подчеркнул Президент Владимир Путин в выступлении в октябре 2025 года, «Россия демонстрирует активное участие в создании новой системы международных отношений, которая зиждется на признании ценности уникальных культур, традиций и образа жизни различных народов» [1].
Крушение СССР, отказ от основ марксизма, обострение национальных противоречий, авиаудары по Югославии со стороны Североатлантического альянса и последующий распад этой страны – эти события и другие подобные обозначили завершение эпохи биполярного миропорядка и вызвали необходимость поиска альтернативных стратегий развития. Одним из результатов этого процесса стала дискуссия вокруг концепции нового многополярного мира и роли России в новой геополитической реальности, с учетом своего цивилизационного пути развития.
Цель исследования: идейно-политическая деятельность России в формировании современного многополярного мира.
Задачей предложенной темы является формирование общественного сознания, основанного на геополитических интересах России в окружающем мироустройстве эпохи Глобализма и отстаивания ею своих национальных интересов на международной арене.
Научная новизна вопроса заключается в исследовании современных территориальных и геополитических вызовов в отношении России с целью ее военно-политического, социально-экономического и территориального ослабления и устранения, как одной из трех современных мировых сил: Россия, Соединенные Штаты, Китай, с последующим превращением России в обычную региональную страну, контролируемую из вне (второе издание девяностых годов).
Многополярность как принцип международных взаимоотношений предполагает создание такой модели взаимодействия, которая гарантирует стабильное развитие государств за счет существования сильных независимых полюсов влияния, располагающих значительным экономическим, политическим и военно-стратегическим ресурсом
Территориальные претензии к Российской Федерации в 1991 – 2025 гг. со стороны граничащих с нею стран. Формирование многополярного мира, как идейно-политической задачи, стало особенно актуальным после 2014 г. и присоединения в ходе референдума Крыма. После распада Советского Союза, завершения Ялтинско-Потсдамской мировой системы урегулирования послевоенного мироустройства в Европе (1945 г.), мир с конца 1991 г. фактически стал однополярным, а его дальнейшее развитие фактически полностью определялось представителями англо-саксонской цивилизации с безусловным доминированием США с выстраиванием не равных, а «клиент ‒ партнерских» и «сюзерено ‒ вассальных» отношений в системе глобального мироустройства. В результате дипломатии односторонних уступок эпохи министра иностранных дел А. Козырева (середина 90-х годов ХХ ст.) Россия, как наследница Советского Союза, оказалась искусственно превращенной из мировой державы в обычное региональное государство с ослабленной экономикой, на территории которого – Северный Кавказ – действовали радикально-религиозные и сепаратистские силы, стремящиеся (Ш. Басаев) создать из территориальной части Российской Федерации фундаменталистское исламское государство «Имамат» с границами «от Каспия до Черного моря». Одновременно с этими внутриполитическими вызовами для национальной безопасности страны, на внешнем уровне в странах, территориально граничащих с Россией, активизировались националистические и реваншистские силы, требовавшие территориального пересмотра границ Российской Федерации, сложившихся после Второй Мировой войны.
В результате этих процессов национал-реваншистские силы Финляндии выдвинули претензии на регионы Карелии, Выборгского района, Кольского полуострова, при этом наиболее радикальные силы требовали возврата Архангельской области вплоть до районов Северного Урала включительно [2].
В Эстонии с началом 90-х годов и обретением независимости усилились требования по возвращению Кингисеппского района с Ивангородом и Печорским районом, а также пограничными землями в районе Чудского озера [3].
С момента распада Советского Союза политические и реваншистские силы в Латвии в течении последних тридцати лет выдвигают к Российской Федерации территориальные претензии в отношении Пыталовского района Псковской области [4].
Обретшая независимость Литва, с момента объявления своего суверенитета, настаивает на возвращении Россией территории Калининградской области, считая ее «малой Литвой» с историческим центром «Каралявичюсом» (Калининград). По замыслам литовских политиков и националистов, возникшее с «малой Литвой» включительно, новое Литовское государство станет «по праву» преемником Великого княжества Литовского и новым политическим центром в Восточной Европе вместо России [5].
Одновременно с Литовскими территориальными претензиями на Калининградскую область, на эти земли претендует граничащая на северо-западе с Российской Федерацией Польша, считающая территорию бывшей Восточной Пруссии своей «исторической территорией», а Калининград «Крулевцем» [6]. При этом польским руководством забывается тот факт, что по итогам Второй Мировой войны Польша получила значительную территориальную компенсацию в виде Силезии, которая с XIV столетия считалась одним из Германских владений, входив в Священную Римскую империю и подвигнувшуюся интенсивному онемечиванию. Более того, президент Польши А. Дуда, выступая перед офицерским составом вооруженных сил Польши открыто заявил, что будущая Восточная Европа – это новая «Речь Посполитая», в интересы которой входят все земли от Бреста до Смоленска включительно. Что это государственное образование является полностью «легитимным» [7].
Не смотря на создание Союзного государства и постоянную экономическую помощь со стороны России, радикально настроенная часть белорусского общества сразу же после обретения независимости Беларуси выдвинула претензии к России по поводу земель Смоленской и Брянской областей, отмечая их как неотъемлемую часть средневекового Литовско-Белорусского государства, правопреемником которого белорусские националисты считают современную Беларусь [8].
Наиболее крупные территориальные претензии к постсоветской России были выдвинуты украинскими политиками, военными и националистами, мечтающими о создании «третьей Украинской империи» (первая «скифская», вторая «Киевская Русь»). Исходя из мнения основателя «Азова», бригадного генерала и командира 3-го корпуса украинских вооруженных сил А. Билецкого будущая «империя» должна включать регионы Кубани и Северного Кавказа [9], а также всю Ростовскую область [10]. Бывший губернатор части Донецкой области П. Жебривский считает «исконно украинскими» помимо Краснодарского региона также и районы Курской, Брянской, Воронежской, Ростовской областей, которые также будут принадлежать Украине. Подобные территориально-экспансионистские устремления характерны и для нелегитимного главы современной Украины В. Зеленского, считающего (указ "Об исторически населенных украинцами территориях РФ, 2024 год), что вся российская юго-западная территория от восточных земель Украины вплоть до западных границ Казахстана должна отойти к Украинскому государству [11].
В условиях многолетних территориальных претензий к России министр иностранных дел Турции Чавушоглу 21 марта 2021 года отметил, что Анкара намерена поддерживать уважительные отношения с Россией исключительно при условии сохранения ею силы. В противном случае турецкая сторона попытается захватить то, что считает своей собственностью, используя поддержку извне и игнорируя давление со стороны западных государств. Амбиции правительства Реджепа Тайипа Эрдогана простираются далеко – от Крыма и регионов Кавказа до Центральной Азии и за её пределы включительно [12], ставя цель возрождение обновленной Османской империи.
С обретением независимости у националистически сформировавшейся части казахского общества также появились территориальные претензии к Российской Федерации. Так, бывший депутат У. Кайсаров считает, что Россия должна вернуть казахскому народу исторические регионы Сибири, Алтая, Новосибирской, Омской и Курганской областей [13].
В 1967 году китайский руководитель Мао Цзэдун в своем выступлении обозначил советские дальневосточные территории: Амурскую область, Приморье с Владивостоком (Хайшэньвэй) и Хабаровский край с Хабаровском (Боли), как исторически принадлежащие династии Цин и, следовательно, относящиеся к современному Китаю [14]. В 2023 году в Китае был выпущен официальный географический атлас современной территории государства, в котором часть Хабаровского края была отмечена, как официальная территория КНР (Картографический сервис стандартных карт). При этом свои действия китайская сторона никак не оговаривает на уровне министерства иностранных дел и иных своих представителей [15]. Этот картографический набор получил государственную поддержку и был рекомендован к применению в Средствах массой информации, в различных публикациях и рекламе.
После окончания Второй Мировой войны ряд южнокурильских островов были включены в состав Советского Союза, ознаменовав поражение милитаристской Японии, подобно тому, как это произошло с нацистским режимом Германии, потерявшим Восточную Пруссию, которая была разделена между Советским Союзом и Польшей. Тем не менее, Токио продолжает отказываться от официального признания утраты этих территорий, превратив спор о них в основу современной национальной идентичности. Усугубляет ситуацию тот факт, что Россия, являясь наследницей СССР, и Япония до настоящего времени формально остаются в состоянии прекращения военных действий. Даже несмотря на инициативу президента России В. Путина об установлении мирного соглашения, озвученную в 2018 году, премьер-министр Японии Синдзо Абе заявил о необходимости возврата Курильских островов. С началом специальной военной операции Россией на Украине Япония присоединилась к странам, оказывающим поддержку правительству Киева и вводящим ограничительные меры против России.
В 1992 году Уолтер Рассел Мид, работавший политическим консультантом при Институте мировой политики США, разработал концепцию под названием "Американская Сибирь" и предложил ее администрации президента. Согласно этой инициативе, выплата средств за приобретение сибирской земли должна была растянуться на два десятилетия, при этом Россия ежегодно получала бы приблизительно 200 миллиардов долларов. Таким образом, Соединенные Штаты могли бы получить доступ к обширной и слабонаселенной территории, обладающей значительным природным потенциалом, что давало бы им возможность:
- ограничить расширение китайского влияния в Южной Сибири;
- оказывать воздействие на Европейский союз и его политику, включая использование единой валюты – евро;
- использовать Сибирь как плацдарм для воздействия на ситуацию на Ближнем Востоке и контроль над его нефтяными месторождениями. Внимание к региону Сибири в 2008 году проявила бывший госсекретарь Соединенных Штатов Мадлен Олбрайт, заявившая о том, что этот обширный край незаслуженно находится под властью лишь одной страны – России [16].
В результате в первой четверти XXI столетия подобные необоснованные территориальные претензии различных политиков и государственных деятелей, представляющих страны, территориально расположенных вблизи российских границ, способствуют усилению русофобии, и межнациональной розни, порождающие, как в случае с украинским националистическим режимом, военно-политические конфликты.
Геополитические вызовы, призванные ослабить международную роль Российской Федерации и политика формирования многополярного мироустройства. В 2022 году Президент Владимир Путин подписал Указ «О Стратегии национальной безопасности Российской Федерации (от 02.07.2021 г. № 400) [17].
Задачи, которые ставит настоящий указ были продиктованы непростой политической ситуацией, сложившейся после распада Советского Союза, когда военно-политический блок НАТО со всей своей мощью фактически оказался у границ Российской Федерации (вступление в НАТО республик Прибалтики, 2004 г.), стремясь к своему дальнейшему расширению с включением в орбиту своего влияния националистическую Украину. Для решения этого вопроса, несущего прямую угрозу России в феврале 2019 г. украинским президентом П. Порошенко была изменена конституция страны и внесена поправка, в соответствии с которой одной из основных задач Украины становилось вступление в Североатлантический военно-политический блок, что в свою очередь несло размещение ударного ракетного потенциала НАТО вдоль украинско-российской границы, достигающей более 2000 километров общей протяженности. При этом, согласно Декларации независимости 1991 г. Украина является внеблоковым безъядерным государством. В результате этого конституция Украины явно противоречит высшему документу страны, что мало беспокоит киевский режим [18].
С учетом расширения НАТО и той угрозы, которую несло подобное одностороннее расширение, Министерство иностранных дел России в лице министра С. Лаврова в декабре 2021 г. на 28-м заседании Совета министров иностранных дел ОБСЕ (Стокгольм) выступило с заявлением, в котором призвало руководство альянса пересмотреть свою политику расширения и выйти с территории стран Восточной Европы. Что было проигнорировано.
Одновременно с этим, начиная с 2014 г., консультанты НАТО активно стали готовить Вооруженные силы Украины к масштабным боевым операциям, задействуя Яворовский полигон во Львовской области, используя идеологию интегрального национализма и русофобию, получивших на государственном уровне распространение в качестве официальной идеологии в постмайданной Украине. Основная цель проводимой недружественной политики стран объединенного Запада была в использовании националистической Украины и ее ресурсов в качестве тарана для разрушения Российской Федерации с целью завладения ресурсами страны.
Исследование американо-украинских отношений показывает, что администрациями В. Зеленского и Д. Байдена была выстроена система «клиент‒патронских» отношений, в которых администрация Зеленского также выступает инструментом США в вопросе геополитического ослабления России.
В целом, анализ политической ситуации в Украине показывает, что в современных условиях, если мир (или перемирие) между Россией и Украиной будет заключен, то существует большая вероятность того, что его не будут выполнять радикально и коррумпировано настроенные политики и украинские националисты, процент которых в украинском обществе составляет примерно 25 – 35% от всего населения. Об опасности украинского национализма, как идеологического явления («Украина для украинцев», «Украина превыше всего» и пр.), направленного в против России, говорит тот факт, что ликвидация украинского национал-партизанского движения ОУН-УПА продолжалась в СССР вплоть до 1960 г., когда был ликвидирован последний схрон («криївка») с боевиками, расположенный на границе Тернопольской и Ивано-Франковской (бывшая Станиславская) областей. В результате, вооруженная борьба органов безопасности и МВД продолжалась пятнадцать лет после Великой Отечественной войны, потери в которой со стороны силовых структур составили порядка 25 тысяч человек. По линии МВД больше всего потери составили по линии участковых и оперативных уполномоченных, попадавших в засады отрядов ОУН-УПА во время посещения отдаленных районов и участков своей служебной деятельности.
Противостояние на мировой арене, возникшее после 2022 года, как следствие глубоких идейно-политических разногласий между Россией и западными державами, существенно скорректировало стратегии национального развития. Теперь главным приоритетом стало обеспечение безопасности и защиты права на самостоятельное определение пути развития, подтверждением этого послужило заявление Президента Владимира Путина в Послании Федеральному Собранию 21 февраля 2023 года, где было заявлено о временном прекращении действия договора СНВ [19], а также Указ № 111, отражающий отход от прежней внешней политики [20], сформированной начиная с 2012 года.
Такой поворот событий, вызванный конфликтом представлений о многополярном и однополярном мире, побудил Россию к фундаментальной переоценке существующего международного порядка. Эту мысль подтверждают высказывания Алексея Дробинина, директора департамента внешнеполитического планирования МИДа РФ, который отметил стремление новых влиятельных государств в многополярном мире сохранять свой суверенитет и культурную самобытность, опираясь на собственные культурно-исторические традиции [21].
События 2022 года, обернувшиеся серьезным идейным противостоянием и военно-политическим конфликтом между Россией и западными державами совместно с альянсом НАТО, существенно скорректировали прежние перспективы прогресса. Теперь приоритет отдается защите национального суверенитета и утверждению права России на самостоятельное становление, а также формированию новой системы международных отношений с акцентом на многополярность и уважение к каждой существующей цивилизации.
В настоящее время, наряду с уже заявленными задачами, важнейшим направлением государственной стратегии является укрепление связей с восточными партнерами, развитие взаимовыгодных отношений с азиатскими державами и консолидация потенциала БРИКС и ШОС, способствующее утверждению России как одного из центральных игроков в формирующемся многополярном мироустройстве.
Заключение. Идейно-политическая борьба современной России на международной арене, а также в условиях СВО, направленна на сохранение своей уникальной Евразийской, Русско-Византийской цивилизации в условиях недружественной политики стран объединенного Запада, стремящегося политико-экономически и военным путем ослабить Российское государство, ограничить его суверенитет и сделавшего Украину своим инструментом для решения этих необоснованных задач с точки зрения международного права и общечеловеческих ценностей.
В результате, сформировать на долгие годы многополярный мир (по типу Ялтинско–Потсдамского 1945г.) с равными возможностями для всех стран без сюзерено‒вассальных и «клиент‒патронских» отношений стало насущной идейно-политической целью Российской Федерации в условиях проводимой Специальной военной операции в рамках организации послевоенного мирного мироустройства. Как и восемьдесят лет назад, современный мир нуждается в новом Ялтинско-Потсдамском урегулировании с политико-правовым определением и юридическим закреплением политических прав России в рамках интересов ее национальной безопасности, а также на международном уровне правового закрепления архитектуры и философии многополярного мироустройства.
Российская Федерация активно продвигает философию многополярности в мировой политике, используя для этого различные инструменты – внешнеполитические соглашения, закрепленные в документах, стратегические решения и активное взаимодействие с международными структурами.
В современном мироустройстве многополярность проявляется в наличии нескольких влиятельных центров силы, характеризующихся значительным экономическим и военным могуществом, а также сложившейся политической системой и идеологией. Каждый из этих центров формирует зону своего влияния, привлекая к себе государства со схожими культурными и историческими особенностями. Таким образом, конфигурация международной системы определяется взаимодействием и взаимоотношениями между этими ключевыми игроками.
С 2022 года отчетливо проявилась тенденция к укреплению связей между Россией и влиятельными державами вроде Китая и Индии – представителями мощных цивилизаций. Исход взаимодействия этих государств во многом определит будущее Евразии, поскольку перспективы доминирования со стороны Соединенных Штатов на этом континенте крайне невелики, о чем свидетельствует неудача политики "управляемого хаоса", например, в сирийском конфликте.
В условиях санкционного давления и недружественной внешней политикой стран объединенного Запада Россия выступает за построение новых взаимоотношений между странами, где ключевыми факторами будут являться признание суверенитета каждого государства, взаимное уважение и обоюдная польза, противопоставляя это доминирующей однополярной системе ]22].
Философия формирования многополярного миропорядка была впервые озвучена еще в Концепции национальной безопасности России (принята в 2000 году), где указывалось на стремление страны к содействию развитию соответствующего мировоззрения.
В обновленной Концепции внешней политики Российской Федерации, одобренной Президентом В.В. Путиным в конце марта 2023 года, подчеркивается необходимость многополярной системы международных связей для поддержания глобальной стабильности, защиты культурного разнообразия и предоставления всем государствам равных шансов для прогресса. Среди основных идейно-политических положений документа можно выделить следующие:
- гарантию суверенного равноправия всех стран и поддержки их выбора пути развития;
- отрицание любой формы господства в сфере международных отношений;
развитие сотрудничества, основанного на соблюдении баланса интересов и достижении взаимовыгодных целей;
- исключение вмешательства в дела других государств;
- приоритет международного права при урегулировании вопросов в мире и отказ от применения различных критериев оценки в зависимости от политических взглядов ]23].
Учитывая концепцию многополярного мира и принципы равноправного сотрудничества, формируются перспективы для закрепления структуры взаимодействия в организациях ШОС, БРИКС и ЕврАзЭС: Российским руководством проводится политика по формированию единого экономического пространства, развитию военного и политического сотрудничества, а также согласование общей стратегии действий на мировой площадке, включая участие Российской Федерации и Китая в Совете Безопасности ООН. Эта тенденция приобретает особую важность в связи с тем, что уже существующие международные организации фактически находятся под влиянием западных стран. В результате, наряду с уже обозначенным курсом укрепления позиций на внешнеполитической арене, важной задачей государственной политики является активизация связей с восточными партнерами, расширение взаимодействия (в рамках объединения ШОС, БРИКС) и формирование нового статуса – одного из центральных элементов многополярного мироустройства.
Какие преимущества обретёт Россия благодаря углублённому экономическому и политическому сотрудничеству со странами постсоветского пространства? Прежде всего, это позволит смягчить негативные последствия демографических тенденций. Так, современное развитие масштабной межгосударственной структуры ‒ ЕАЭС, включающей Россию, Беларусь, Армению, Киргизию и Казахстан, сформирует мощный регион численностью более двухсот миллионов человек. Первым фактором, который необходимо отметить, ‒ жители этого региона объединены общим языком, богатым наследием совместной истории, схожим образом мышления, традициями и принципами. Во-вторых, значительно укрепится геополитическое положение России в западном и южном направлениях, особенно в критически важных районах, таких как прибрежные территории Чёрного и Каспийского морей. В-третьих, возможно станет восстановить прерванные производственные связи, возникшие после развала Советского Союза, и получить доступ к запасам ключевого сырья. И наконец, это продемонстрирует укрепление роли России, как влиятельной державы в рамках сознания многих людей.
В ходе проведения Специальной военной операции на мировой арене сформировалось три центра военно-политической силы – Россия, Китай и США. Происходит формирование четвертого полюса силы – Индии. В итоге, с учетом своих национальных интересов и цивилизационных особенностей происходит поляризация государств на мировой арене по линии «Глобальный Север» ‒ «Глобальный Юг». Сила "Западного блока", выступающего основным противником России, коренится в монетаристской модели, которая чрезвычайно чувствительна к сдерживанию экономического роста. Эта мощь обусловлена не безупречностью системы, а возможностью извлекать выгоду за счет других государств.
Несмотря на тесные связи Индии и Китая с западными странами – особенно Китая, который из-за экономической интеграции с Соединенными Штатами пока не планирует отказываться от долларового стандарта – зависимость Индии в этой сфере несколько ниже. Однако и там она ощутима. При этом в обоих государствах значительная часть населения, даже при наличии глубоко укоренившихся традиций, живет за чертой бедности, а около трети экономического производства обеспечивается физическим трудом, что не соответствует характеристикам развитой высокопроизводительной экономики.
Всё это позволяет говорить о том, что именно Россия выступает ключевым элементом нового миропорядка, обеспечивающим стабильность и равновесие сил.
Своей активной позицией в вопросах защиты своего суверенитета и готовностью к длительному применению вооруженных сил Россия вернула себе статус мировой державы, влияющей на архитектуру современного миропорядка, и становится во главе государств, противодействующих философии доминирования стран объединенного Запада (США и ЕС) в международной системе отношений.
Надежное присутствие России, как значимого полюса влияния на мировой арене, обеспечит её статус самостоятельного актора, а не пассивного объекта в системе международных связей. Само по себе появление столь мощной силы на мировой сцене сможет сдерживать другие влиятельные государства от необдуманных шагов, представляющих опасность для Москвы. Россия обладает потенциалом выстраивать взаимовыгодное сотрудничество с другими ключевыми мировыми центрами силы, опираясь на сопоставимые экономические и военные ресурсы. Использование своего влияния на евразийском пространстве позволит России избежать вовлечения в глобальные конфликты и перенести их последствия подальше от своих границ.
1. Ivashov L. G. Russia and the world in the new millennium: geopolitical problems. Moscow : Paleya-Mishin, 2000. 335 p. (In Russ.)
2. Dugin A. G. Theory of a multipolar world. Pluriversum. Moscow : Academichesky Proekt, 2024. 364 p. (In Russ.)
3. Sivkov K. V. Hybrid war. Moscow : Nashe Zavtra publ., 2023. 275 p. (In Russ.)
4. Huntington S. Who are we? The challenges to America’s national identity. Moscow : AST Publishing House, 2004. 450 p.
5. Delyagin M. G. Fundamentals of Russia’s foreign policy: a matrix of interests / Institute of Globalization Problems. 3rd ed., revised and enlarged. Moscow : INFRA-M, 2007. 79 p. (In Russ.)
6. Delyagin M. G. The British elites: factors of global superiority. From the Plantagenets to the Skripals. Moscow : Knizhny Mir publ., 2019. 257 p. (In Russ.)
7. Glazyev S. Yu. The Ukrainian catastrophe: from the American aggression to World War II. Moscow : Knizhny Mir publ., 2015. 352 p. (In Russ.)
8. Glazyev S. We are building our Eurasian integration on the principle of preserving the sovereignty of States // Orientir. 2017. No. 3. P. 9–13. (In Russ.)
9. Kilimnik E. V. National idea and ideological security in modern Russia // Russian journal of management. 2020. Vol. 8, no. 4. P. 11–15. https://doi.org/10.29039/2409-6024-2020-8-4-11-15. (In Russ.)
